Здравствуйте, наш уважаемый читатель и собеседник!

 

Мы  - союз,  широко открытый для вас, по большей части взрослых людей, которые являются мостиком между нами – тоже взрослыми пишущими людьми, и детьми, для которых мы, собственно и пишем. Мы «начинаем путь» по нашей общей «Тропинке». Хотим предложить вам в этой колонке  для раздумий и размышлений, и, разумеется, разговора статьи, записки, заметки по животрепещущим вопросам нашего с вами общего ремесла – выращивания, воспитания с младых ногтей нашего юного поколения. То ли мы делаем, так ли делаем. Мы не хотим скрывать от вас нашу «кухню», так как готовим в ней – нравственную пищу для наших общих детей. Ждём вашего участия и соучастия. 

Для начала предлагаем размышления писателя Вадима Левина, которого вы хорошо знаете  по его "Лошади": 

Лошадь купила четыре калоши –

пару хороших и пару поплоше.

Если денек выдаётся погожий,

лошадь гуляет в калошах хороших… 

из его  книги в соавторстве с Ренатой Мухой, которую тоже знаете  по стихотворению: 

Мы с мамой 
В Африке живем, 
А в джунглях жизнь - не шутка: 
Там страшно ночью, 
Страшно днем, 
А в промежутках 
Ж у т к о. 

http://green-grasshopper.ru/o-detskoj-literature/item/157-dlya-kogo-pishut-detskie-pisateli

 

Для кого пишут детские писатели? 

Вадим Левин

"Детские стихи должны проверяться дважды! – сказал Маршак. – одна проверка – взрослый с тонким вкусом, вторая – дети. Если стихи нравятся и тому и другим – всё в порядке. Если только взрослому, это, вероятно, не детские стихи. Но если только детям, это не стихи вообще, это халтура".

В 1962 году, когда произошёл этот разговор, я услышал в словах Самуила Яковлевича только предостережение мастера начинающему автору. Мол, не обольщайтесь успехом в детской аудитории: детям могут понравиться и плохие стихи. Позже понял как совет: когда пишешь для детей, ориентируйся и на взрослых. Но пришло время, когда замечание о двойной проверке (я возвращался к нему постоянно в течение десятков лет) стало для меня ключиком ко многим педагогическим секретам поэзии для детей. В детских стихах мне стало открываться двойное дно. Особенно после чтения стихов Бориса Заходера: 

Вот КАБАН.
Он дик и злобен,
но зато вполне съедобен.
Есть достоинства свои
даже у такой свиньи!

За стеклом свернулась КОБРА.
Смотрит
тупо и недобро.
Видно с первого же взгляда:
мало мозга,
много яда.


Детской литературы не бывает – вот главный вывод из размышлений, толчок к которым дал давний разговор с С.Я.Маршаком. Как автор детских книг и филолог с почти полувековым педагогическим стажем, я убеждён: да, бывает детская одежда, обувь, мебель! Детские сады, забавы, болезни, врачи и даже детские сосиски тоже существуют. А детское искусство, детская литература – это ошибка, нонсенс.

К сожалению, это ошибочное словосочетание вошло в жизнь, им приходится пользоваться. Но при этом следует помнить, что настоящую литературу, в том числе детскую, создают именно взрослые (художественные произведения, созданные детьми, – это тема отдельного разговора). Они вкладывают себя в свои "детские" стихи и сказки: строят их "из себя", из своей судьбы, своих чувств, нервов, здоровья. Такие произведения содержат в себе опыт и переживания взрослого автора. Уже по одному этому они оказываются не только детскими. Чисто детской литературы не существует. Но творчество, обращённое и к взрослым, и к детям, требует от автора особого настроя, особых способностей.

Б.В.Заходер в одном из интервью сказал об этом так: "…Писать для детей благодатно. Сам остаёшься как бы дитятею…" Перефразируя Заходера, добавлю: читать написанное для детей благодатно! Такое чтение возвращает в детство, очищает. Особенно, когда читаешь малышу, читаешь вместе с малышом.

Из этого главного вывода следуют ещё три, которые, возможно, покажутся вам спорными. Готов обсуждать их.

1. "Детский автор" (задумываясь над этим или интуитивно) пишет не для изолированного от взрослых ребёнка, а для маленького читателя, который воспринимает и переживает книгу вместе со взрослым. То есть сознательно или непроизвольно обращается и ко взрослому. И это очень удачно. Ведь книгу для ребёнка выбирает взрослый. Он же читает её ребёнку, и, если стихотворение или сказка взрослого не трогает, если не нравится ему, это отношение передаётся и ребёнку.

2. Погружаясь чувствами и воображением в одну и ту же сказку (или стихотворение), взрослый и дитя попадают в разные сказки (разные стихи). Ребёнок воспринимает принципиально не так (а значит, и не то), что взрослый. Один и тот же художественный текст оказывается для младенца – одним произведением, для школьника – другим, для взрослого – третьим. Поэтому не следует разъяснять малышу, как "правильно" понимать произведение, подгоняя детское восприятие под наше. Особенности порождения и существования детской книги наделяют её свойствами, благодаря которым на каждом возрастном этапе читатель вычерпывает из произведения именно то, в чём острее всего нуждается в это время.

3. Волшебные силы, таящиеся в детской книге, превращают совместное чтение взрослого с ребёнком в школу взаимного обучения (старший передаёт младшему свой опыт и учится у младшего непосредственности восприятия), в праздник взаимного познания и духовного сближения взрослого и ребёнка. Из этого следует, что хороша не та детская книга, в которой ребёнку всё понятно, а наоборот – та, для восприятия которой ребёнку нужны мы, взрослые.

Глава из книги "Между нами" – Вадим Левин, Рената Муха – М.: Издательство "Октопус", 2009

 

Вы обратили внимание на фразу  «Готов обсуждать их»? Мы тоже готовы к обсуждению…

 

 

Просмотров: 2315

  • Вадим Петрович 4 апреля 2016 19:45
    Связь установлена