Снеговик Ложконосик и его друзья. Продолжение 3. 0+

 

(Продолжение 2)

4. ВТОРОЙ ПОХОД СНЕГОВИКОВ

На площадь к Большой ёлке

Вскоре после карнавала Чир-Чир отправился к своим друзьям на другой конец города. Он прилетел под вечер и с таинственным видом уселся на нос Ложконосику.
– А что я знаю! – загадочно начал он.
– Что? Расскажи, пожалуйста!
Чир-Чира не надо было долго упрашивать.
– Я на главной городской площади был. А там… Там так здорово! Чир-р-р! Чир-р-р! Там такая ёлка, такая ёлка – как наш дом высокая! А игрушки – во-о-т такие!
Он растянул свои крылышки так широко, как только мог. Но этого ему показалось маловато.
– Расставь-ка свои руки! – сказал он Ложконосику. – Во, точно такие игрушки. А фонарики какие красивые! А какая там горка! А Волшебные ворота! А ещё там стоят Дед Мороз и Снегурочка. Такие большие, прямо в три этажа.
– Настоящие?
– Не знаю. Они почти как снеговики, только ледяные. И ходить не могут. У них внутри деревяшки к асфальту приморожены. Но они все равно очень добрые. Я с ними разговаривал. Про вас рассказывал. Они вас на площадь приглашают, ёлку посмотреть. А то скоро её уже убирать будут.
И в этот же вечер снеговики пошли на площадь, к Большой ёлке. Пошли все, даже Злюки. Недавно выпавший снег приятно похрустывал под снеговиками.
Две маленьких тихих улицы они перешли без приключений. На них было не очень светло, и не проезжало ни одной машины.
Над третьей улицей висел большой трёхглазый фонарь. Его глаза по очереди светились то весёлым зелёным, то спокойным жёлтым, то сердитым красным светом. Снеговики с интересом смотрели, как фонарь менял цвет глаз. И скоро поняли, какой цвет за каким появится. Только почему и для чего они, конечно, не знали. А вот это им как раз и надо было бы знать. Потому что по улице то и дело пробегали автомашины, и снеговики никак не могли перейти её.
Остановятся машины, а снеговики не знают, долго ли они стоять будут. Подождут, видят, что машины не идут, и сами в путь. А тут машины начинают двигаться. Снеговики – назад! Ведь правилам дорожного движения их никто не учил. Чир-Чиру – ему что! Он же улицу не переходил, а перелетал. Это и без правил можно.
Хнычка стала уговаривать снеговиков вернуться. Но Ложконосик решительно выступил вперед. Он дождался, когда машины остановились, вышел на дорогу и протянул свою полосатую палочку. Он показывал снеговикам, где лучше перейти улицу. И они потихоньку, с опаской, всё время оглядываясь, пошли через неё.
А машины стояли! Ведь водители видели полосатую палочку поперек дороги. А это сигнал, что путь закрыт, вперёд ехать нельзя! Светофор уже давно зелёным глазом показывал: "Путь свободен. Поезжай!". А полосатая палочка говорила: "Стой!" А водители ещё в водительской школе учили, что в таких случаях нужно слушаться палочки. Светофор-то он не живой, не оштрафует. А вот с полицейским шутки плохи! Лучше уж постоять.

Водители как заворожённые следили за палочкой, и даже не всматривались, кто её держит. Ну, полицейскую фуражку они, конечно, видели. А что зимой регулировщик не в шапке, так может ему жарко? А то, что он белый, так ведь есть у полицейских белые полушубки!
И машин скопилось видимо-невидимо.
Ложконосик всего этого, конечно, не знал. Он только смотрел, чтобы снеговики перешли дорогу. И когда все они прошли, он опустил палочку и пошагал за ними. В это время как раз и свет зелёный загорелся. Обрадованные шоферы нажали на газ и машины ринулись вперёд. И сразу же одна из них наехала на Ложконосика. Она сбила его, и он упал на её капот.
Прямо перед носом водителя вдруг появилась форменная фуражка и полосатая палочка… Водитель сразу же упал в обморок: ничего себе – на полицейского наехать! Хорошо ещё, что перед падением в обморок он успел остановить машину. Иначе Ложконосику пришлось бы плохо.
Что тут поднялось! Вокруг сразу же откуда-то появились люди. Кто-то вызвал полицию, кто-то "Скорую помощь". И полицейская машина и "Скорая помощь" приехали моментально. Врач и полицейский подбежали к Ложконосику. Но он уже сам отлепился от машины, поправил фуражку, и, накренившись на помятый бок, поспешил к своим снеговикам, которые ждали его на углу улицы. Врач из "Скорой помощи" закричал:
– Куда вы? Вас же надо в больницу! Вам надо оказать помощь!
– Нельзя меня в больницу, – ответил Ложконосик. – Я там растаю. Лучше ему окажите помощь, – показал он палочкой на водителя.
Тут только все разглядели, что разговаривают со снеговиком. Врач стал приводить в чувство водителя, а толпа сердито загудела:
– Распустили тут снеговиков! И куда только полиция смотрит?
А полиция смотрела вслед снеговикам и думала: "Ну что со снеговиками сделаешь! Все правила и законы написаны для людей. Если нарушат, так и оштрафовать можно, на работу сообщить или в школу, и в отделение полиции отвезти. А снеговиков? В отделение – растают. Папу с мамой вызвать? А кто они у снеговиков?"
И тут один полицейский сказал:
– Я знаю, что делать!
А снеговики шли к площади. И не обращали внимания на то, что рядом с ними по улице тихонько едет белая с синей полосой машина. Это полиция сопровождала снеговиков, чтобы опять не получилось где-нибудь нарушение порядка.

Большая ёлка

Площадь была огромная, как, может быть, сто таких дворов, в котором жили снеговики. Ну, может, немного меньше, ведь они не умели считать. Над площадью покачивались от ветерка разноцветные гирлянды из фонарей и цветных лампочек. И вся она была красно-бело-сине-жёлто-зелёно-розовая. Было пустынно, редко-редко кто-нибудь проходил. Но прохожие не обращали внимания на снеговиков – может, им было некогда, может, ничего удивительного не было в том, что на городскую площадь к ёлке приходят снеговики?
Ёлка оказалась совсем близко от них, с той стороны площади, на которую они вышли. А Дед Мороз и Снегурочка стояли на другой её стороне. Снеговики подошли к ёлке. Чир-Чир был прав: это была всем ёлкам ёлка! Если близко подойдёшь, так вершину ни за что не разглядишь. Чтобы её увидеть, надо будет высоко-высоко задрать голову. А это делать снеговики не умели. Да и опасно – задерёшь голову повыше, и вовсе потеряешь. Поэтому сначала они любовались Большой Ёлкой издали.
На самой вершине её сверкала длинная серебряная пика. Стеклянные и ледяные игрушки, правда, не такие большие, как показывал Чир-Чир, отсвечивали и сверкали в лучах фонарей и лампочек. Снеговики внимательно смотрели, узнавали игрушки и даже спорили, кто там – коза или баран? А может, даже олень? Они ведь их никогда не видели, только знали, что у них на голове рога. Но мало ли кто на свете рога носит?
Вокруг ёлки стоял забор из больших щитов с рисунками. Это были настоящие картины.Снеговики пдошли поближе.
– Ой, – сказала Затейница, – а я знаю, кто это. Это "Кот в сапогах".
При этих её словах нарисованный кот снял шляпу и поклонился:
– Муррр! Мяу! Сердечно рад приветствовать дорогих гостей! – очень приветливо промурлыкал он. – Не встречался ли вам Маркиз Карабас?
– Нет, – ответили снеговики. – Мы только что пришли. И ещё не всё рассмотрели.
– А людоед?
– Ой, что ты! Кто же на ёлку людоеда пустит?
– И то веррррно! – хмыкнул Кот в сапогах. – Нечего им тут делать. А все же мне скучновато – давно же я не превращал людоеда в мышку. А главное – не ловил её. Мяу, муррр! – облизнулся он.
И рассказал снеговикам эту старинную историю. Все весело смеялись.
И даже те, кто знал её, не крикнули: "А я уже знаю!".
Снеговики попрощались с Котом – ведь им нужно было посмотреть и другие картины. Но когда они уже отошли, Кот окликнул их:
– Эй, снеговики! Если кто спросит, чьи вы, отвечайте, что маркиза Карабаса!
– Ладно, ответим! – опять засмеялись снеговики.
И они пошли вокруг ёлки от картины к картине. Оказалось, что разговаривали с ними только те животные и люди из рисунков, которых они узнавали 

по сказкам, услышанным от детей. Особенно, если дети показывали им книжки с картинками.
Семерых козлят узнали почти все. Козлята попросили поискать их маму, потому что им страшно – на соседней картине нарисован волк. Снеговикам этот волк оказался знаком. Он был из "Ну, погоди!". Они попросили его не трогать козлят.
– Не трогать козлят? Ха-ха-ха! – захохотал волк. – Обязательно всех проглочу! Всех сразу! Вот только зайца поймаю!
– А ты из какой серии? – спросила Затейница.
– Из четвёртой! – гордо ответил Волк.
– Ура! – обрадовались снеговики. – Не скоро же ты его поймаешь! Ты его ещё и в одиннадцатой не поймал!
– Как это и в одиннадцатой не поймал? Обязательно поймаю! Хоть в двенадцатой! Хоть в тринадцатой! Ну, заяц, погоди! – зарычал он.
Снеговики успокоили козлят – этого Волка им бояться нечего!
– До свидания! – сказали они козлятам, – не шалите и ждите маму. А мы пойдём. Нам ещё много чего посмотреть надо.
– Спасибе-бе-бе-бе! – ответили повеселевшие козлята.
Некоторые сказки снеговики не знали, и как ни старались угадать, рисунки не шевельнулись. Зато Колобка узнали все сразу. И так громко хором крикнули: "Это Колобок!", что тот от неожиданности подскочил на месте, сорвался со своей картины и покатился по площади.
– Ой-ой-ой! – завопил он. – Ловите меня, держите меня! А то я от вас уйду и куда-нибудь попаду! Под машину! Или в полицию! Или меня кто-нибудь съест! Ой-ой-ой! Ловите меня!
Снеговики бросились его ловить. Но это было очень нелегко. Мало того, что он катился куда быстрее, чем они двигались. Он ещё увёртывался от них, ловко обегал встречных, а сам отчаянно кричал:
– Держите меня!
– Чего же ты увёртываешься? – сердились снеговики, которые гонялись за ним по всей площади.
– А я не хочу, но мне так положено, – плакал Колобок.
Наконец снеговики собрались вокруг него плотным кружком, так что он никак не мог проскочить между ними. Так они довели его до его картины. И посадили незадачливого путешественника на место. Колобок перевёл дух, стёр со лба приставший снег и радостно улыбнулся во весь колобковский рот.
– Ну, снеговичкИ, спасибо! И порезвился же я! Желаю вам и от волка уйти, и от лисички уйти.
– А от нас уже волк с лисой сами ушли! – засмеялись снеговики и рассказали, как они ходили в лес за ёлками. Колобок так хохотал, что чуть опять не выпал из картины.

Великий Вралиссимус

На одной картине был нарисован человек в смешной одежде и с косичкой. Почему-то он сам себя за неё тянул. Снеговики его не узнали. Но Храбрец, который всё же любил немножко прихвастнуть, заявил:
– Подумаешь, никто не знает! А я вот знаю!
– Ну так скажи, кто, – закричали снеговики.
– А вот и не скажу! Сами догадайтесь! .
– Не знает он! Только врёт да хвастается! – закричали Злюки. – Враль несчастный!
– Кто здесь Враль? – вдруг спросил человек с картины.
Он отпустил свою косичку и приставил руку к глазам.
Храбрец, конечно, попытался спрятаться за снеговиков. Кто же признается, что он враль?
Но Злюки показали на него клюшками:
– Вот он, который с ружьём!
И они пододвинулись поближе, чтобы получше услышать, как Храбреца будут стыдить. Но человек с картины очень обрадовался, снял шляпу и раскланялся:
– О, мой молодой друг! Я тоже очень-очень люблю охоту и сражения! – сказал он. – Разрешите представиться. Я – известный всемирно знаменитый и, смею надеяться, знаменитый на все времена, Великий Враль барон Мюнхгаузен! Да вы не стесняйтесь, молодой человек, подходите!
Храбрец растерялся. Он оглянулся – нет ли тут поблизости какого-либо мальчика, которого так называет барон Мюнхгаузен.
– Именно вы, прекрасный молодой человек в белейшей шубе и с отличным кремневым, как я полагаю, ружьём за плечами! А вы, молодые люди с кривыми палками в руках, – обратился он к Злюкам, – запомните: нет ничего почётнее звания "Великий Враль", ещё лучше "Вралиссимус". Да-да, в это звание я произведен в… Ах да, забыл, в каком году. Впрочем, это неважно. Слово "враль" не русское, в переводе с иностранного значит "фантазёр", или "фантаст". А фантастика – это наука.
– А нам говорили – врать нехорошо! – сказала задумчиво Хнычка.
– Ах, – покачал головой Великий Враль, – как часто путают эти понятия – "врать" и "фантазировать". От слова "врать" происходит слово "враньё", а "враль" – от "фантазировать". Вот если мальчик скажет маме, что он снег не ел, а на самом деле ел, это уже будет враньё. А мальчик – врун. Или девочка – уроки не выучила, а сказала, что выучила. Это тоже враньё. А девочка врунья или ещё вруша. А если мальчик или девочка, или снеговик рассказывает, как он в далекие страны летал, как он пять волков и двух медведей убил – это фантазия. Или ещё можно сказать – фантастика. А рассказчика тогда нужно называть фантазёром, или фантастом. Так как мы будем называть вашего друга?
– Враль! – хором закричали снеговики.
– Верно! – сказал барон. – Но зачем же говорить по-иностранному? Лучше все же говорить по-русски. Как это будет по-русски?
– Фан-та-зёр! – опять дружно выкрикнули снеговики.
– Вот это совершенно правильно! – улыбнулся надеюсь, что врунов и вруний среди вас нет?

– Нет, нет! – ответили снеговики, тоже очень дружно.
– Вот и прекрасно! А тебе, мой молодой друг, – наклонил он голову в сторону Храбреца, – я желаю быть замечательным фантазёром! Только из настоящих фантазёров получаются самые отчаянные храбрецы!
– До свиданья, молодые люди! – поклонился ещё раз снеговикам Великий Вралиссимус.– Желаю вам прекрасно провести время, никогда не врать, а фантазировать, фантазировать…
Он надел шляпу, замолчал и потянул себя за косичку.
Снеговики тоже очень вежливо попрощались с ним.
За бароном Мюнхгаузеном оказался Кот в сапогах. Снеговики обошли полный круг. Кот, как старый знакомый, помахал им шляпой.

Дед Мороз и Снегурочка

Снеговики направились к Деду Морозу и Снегурочке. Но разве пройдёшь мимо Волшебных ворот и такой замечательной круговой горки?
Светящиеся Волшебные ворота как будто сами собой останавливали всех, кто проходил мимо. Снеговики никак не могли насмотреться на то, как голубой цвет ворот постепенно переходит в зелёный, зелёный как будто переливается в розовый. И вот уже розовый сменяется золотистым, и по воротам пробегают искорки.
– Ура! Я что-то придумала! – вдруг воскликнула Затейница, и вошла в ворота.
Она остановилась в них как раз в тот момент, когда ворота стали голубыми. Сама она стала голубой-голубой, как будто надела сказочную голубую шубку. Снеговики только ахнули. А на Затейнице была уже зелёная шубка.
Тут Завидуся, говоря на бегу: " Хорошо тебе…", быстро встала в ворота. Затейница уступила ей место. И все снеговики и снеговички быстренько выстроились в очередь "наряжаться" в волшебные разноцветные шубки.
Но снеговики только по разу прошли под воротами, не нашли в этом ничего интересного и ушли на горку. А снеговИчки остались у ворот. Горка – она и дома есть. А вот Волшебные ворота… Всем снеговИчкам захотелось побывать в разных шубках. А тут хочешь "надеть" зелёную, а когда очередь подходит, в воротах опять розовая. Вот и занимай снова очередь!
А снеговики вовсю катались с горки. Эта горка была сделана специально для малышей и очень подходила для снеговиков. Она была круговая, как баранка, которая в одном месте немножко разломана. Заберёшься на неё по широкой лестнице и катишься-катишься к концу, а прикатишься к началу. И хорошо, что эта длинная-предлинная закруглённая горка, которая всё время поворачивает, была не очень высокая. А то тяжёлые снеговики могли так сильно разогнаться, что в конце не удержаться и шлёпнуться. В общем, надо было не зевать. Так что кататься на ней было страшно интересно.

На площади стало шумно. Около Волшебных ворот звонко смеялись снеговИчки, у горки весело перекликались снеговики. И поэтому никто сначала и не расслышал, что их кто-то зовёт:
– Снеговики, на помощь! Скорее сюда! Здесь ваших бьют! – кричали им Снегурочка и Дед Мороз.
Наконец, услышав слова "…ваших бьют!", снеговики заволновались:
– Как это наших бьют? – и поспешили на другой конец площади, к Деду Морозу и Снегурочке. Из-за их спин вылетали снежки и ледышки и раздавалось"Бум-м-м!.. Бум-м-!..", как будто кто-то палкой колотил по тазику.
Снеговики заглянули за Деда Мороза и увидели…
Нет, сначала мы расскажем, что увидели ещё раньше Добряк, Жадина и Храбрец. Они покатались вместе со всеми с горки, накатались и пошли к Деду Морозу и Снегурочке. Но те неприветливо смотрели на них, а их ледяные шубы были все в рытвинках и снежных кляксах.
– Здравствуйте! – вежливо поздоровались снеговики.
– Они ещё здороваются! – возмущённо ответил Дед Мороз. – Безобразничают и ещё здороваются!
– Мы разве безобразничаем? – обиделся Жадина. – Мы ничего плохого не делаем, только всё смотрим.
– Это, наверное, не они, – сказала Снегурочка. – Те были не такие.
– Вас кто-то из снеговиков обидел? – догадался Добряк.
– Да, обидел, – сердито ответил Дед Мороз. – Мог бы я ходить, я бы им уши надрал. Я бы их в свой мешок посадил.
– Здесь были такие, с клюшками, – объяснила Снегурочка.– Они нагрубили нам и испортили наши праздничные наряды. Они стукали нас клюшками и бросались снежками и ледышками.
– И сейчас ещё бросаются. В спину, – проворчал Дед Мороз.
– С клюшками? Так это Злюки! Надо же! До чего докатились! – воскликнул Храбрец. – Ну, сейчас мы им зададим!
Но это были не Злюки. За спинами Снегурочки и Деда Мороза прятались трое ухмыляющихся незнакомых снеговиков.
– Кто вы такие? – спросил Добряк.
– Мы-то? Ха-ха! Они не знают, кто мы! – ответил самый большой из чужих снеговиков. – Мы Забияки! – гордо сказали два снеговика. Третий молчал – у него не было рта.
О Забияках, которые жили где-то в соседних дворах, наши снеговики знали от Вороны и Чир-Чира. Ворона с ними даже дружила, а Чир-Чир ничего сказать не мог, потому что они совершали свои "подвиги" только ночью. Чир-Чир в это время спал.

Забияки увидели, как снеговики отправились на городскую ёлку и потихоньку пошли за ними. Они шли поодаль, тихо-мирно, стараясь передвигаться в тени домов, и снеговики их не заметили. А через улицу с машинами им помогли перейти полицейские. Они ведь не знали, что это Забияки.
На площади Забияки сначала тоже пошли вокруг ёлки. Сказок никаких они не знали, но все же подразнили козлят. Но козлята молчали. Потом они попробовали ткнуть клюшками Волка. Причем один из Забияк, сказал другому: "Ну-ка погоди!". Просто так сказал. Но Волк сразу же так страшно зарычал на них: "Ну, Забияки, сами погодите!", что они поспешно отступили.
И тут увидели Кота в сапогах. И очень обрадовались:
– Ага, попался!
В своих дворах все кошки их знали и всегда успевали от них удрать. Но нарисованный кот от них убежать не мог. Вот они и стали бросать в него снежки и тыкать клюшками. И один из них воскликнул:
– Ха! Гляньте-ка – а этот кот-то в сапогах!
И Кот в сапогах выскочил из картинки прямо на обидчиков. Здорово же он их отделал! Одному выцарапал черный гаечный глаз. У второго отодрал зубастый рот, сделанный из расчески. А третьему вцепился в нос. Нос был сделан из сучка, и когда на нём повис такой котище, он обломился. И три Забияки стали Одноглазищем, Безротищем и Безносищем. Забияки пустились наутёк. А Кот кричал им вслед:
– Деррржи ррразбойников!
Больше Забияки никого не трогали, а отправились прямиком к Деду Морозу и Снегурочке.
– Эй, старик со старухой, вы ещё живы! – крикнули они им.
Дед Мороз рассердился, а Снегурочка удивилась.
– Какие вы грубые, невежливые, – сказала она.
Но Забияки даже обрадовались:
– Ага. Зато нас все боятся. Нас называют этими, как их… хулиганами, – гордо сообщили они.
– Нашли, чем хвастаться! – засмеялась Снегурочка.
– Ага, ты сейчас плакать будешь! – закричал Одноглазина и запустил в неё ледышкой.
Ледышка отколола от шубки Снегурочки большой кусок льда. Забияки быстро поняли, что Дед Мороз и Снегурочка не могут двигаться, и тут же принялись обстреливать их снежками и ледышками. Потом сообразили, что здесь их могут увидеть другие снеговики, навряд ли их действия одобрят, и ушли за спины Деда Мороза и Снегурочки.

Победа

Здесь-то их и увидели Добряк, Жадина и Храбрец. Забияки сначала струсили. Потом разглядели, что только у одного Храбреца есть оружие. и осмелели.
– Привет, соседи! – подбоченившись, крикнули Одноглазище и Безносище. А Безротище насмешливо поклонился.– Здравствуйте! – вежливо ответили снеговики.
Добряк сказал:
– Вы что же здесь безобразничаете?
– А вам-то какое дело? Что хотим, то и делаем. Площадь не ваша, а общая.
– Не стыдно вам обижать Деда Мороза и Снегурочку?
– А чего стыдно-то? – ответил Безносище. – Это если маленьких обижать, так, может, стыдно. А они ж большие! – и Забияки захихикали.
– Ничего смешного нет! – рассердился Жадина. – Они хоть и большие, но не могут вам ничего сделать, сдачи дать!
– А нам сдачи и не надо! – захохотали Забияки. – Мы не жадные! Пусть себе оставят!
– А я вот вам оставлю! – возмутился Храбрец,
Он взял свое ружьё наперевес и двинулся на Забияк.
– Подожди, не торопись! – попытался остановить его Добряк. – Они же поймут, что плохо делают.
– Не поймём, не поймём! – обрадовано закричали Забияки. – Мы вот сейчас вас поколотим, кучу шаров из вас сделаем, тогда поймём!
И они втроём ринулись на Храбреца.
И хоть ружьё у Храбреца было длиннее, чем поломанные клюшки Забияк, ему пришлось туго. Пока он стукал ружьём одного Забияку, кто-нибудь из двух других успевал тумкнуть его клюшкой.
Добряк и Жадина отступили в сторону.
– Эй вы! – крикнул им Одноглазище. – Не вздумайте удрать! Вот сейчас с ним разделаемся и за вас примемся!
Но Добряк и Жадина и не собирались удирать. Они принялись бросать в Забияк снежки и ледышки. И скоро одним замечательным снежком Добряк залепил Одноглазищу его единственный глаз. Тот сослепу вкатил здоровенный удар Безротищу. Да так, что выбил у него из рук клюшку. Клюшка отлетела прямо к Жадине, и тут же к нему примерзла. Жадина с клюшкой устремился к дерущимся. А Безротище попятился-попятился и потихоньку сбежал.
Добряк не стал его догонять. Он обстреливал снежками Безносища и Одноглазища. Одноглазище вертелся на месте и все пытался прочистить залепленный глаз. Но это ему никак не удавалось, потому что его то стукали Храбрец или Жадина, то в него попадал снежок Добряка. Правда, снежки иногда попадали и по голубому ведру на голове Жадины. Тогда-то и слышалось "Буммм!... Буммм!" Но ведро сидело крепко, снежки Жадине не мешали. Зато гораздо больше их доставалось Безносищу и Одноглазищу.
– Ага, – закричал Безносище, – это нечестно – трое на двоих!
– Смотрите-ка, он ещё о честности вспомнил! Кто бы говорил! – возмутился Добряк.
В этот момент и подошли Ложконосик и другие снеговики. Забияки, увидев снеговика в полицейской фуражке, сразу присмирели и сдались. Как жалели Злюки, что такая замечательная драка обошлась без них!
Забияк поставили перед Дедом Морозом и Снегурочкой.
– Надо их наказать, – сказали снеговики.
– Ага! Поколотить их надо! – зашумели Злюки. – Вот мы им сейчас покажем!
И они воинственно замахали клюшками.
– Нет, нет, – остановил их Дед Мороз. – Победители так не поступают. Забияк надо наказать, но колотить их не надо.
– Я знаю, как их наказать! – воскликнула Затейница. – Пусть они счистят кляксы и заделают ямки на шубах Деда Мороза и Снегурочки.
– Но сначала они должны попросить у них прощения, – твёрдо сказал Ложконосик. А потом добавил: – И прибрать все снежки и ледышки вокруг.
Он ведь всегда не любил беспорядок.
Забиякам пришлось просить прощения. Делать это они не умели, потому что ещё никогда ни у кого не просили прощения. Они долго переминались на месте и учились говорить слова, которые знают все девочки и мальчики, и даже снеговики.
После того, как Забияки научились этому трудному делу и попросили прощения, они принялись за работу. А это оказалось куда сложнее, чем бросать снежки. Выбоин и клякс они успели наделать много. Некоторые из них были очень высоко. Чтобы дотянуться до них, Забиякам пришлось подтащить ледяную глыбу и забраться на неё. На глыбе было неудобно и страшно.
– Тут, чего доброго, ещё сверзишься, – угрюмо бурчал Одноглазище.
– Так шмякнешься, что и шаров не соберёшь, – мрачно добавлял Безносище.
Караульщиками к Забиякам поставили Злюк. Злюки важно прохаживались перед ними и скоро даже сочинили песенку:
Жили-были Забияки
И любили очень драки.
А теперь им не до драк.
Проучили Забияк.
Как же так?
Как же так?
Почему им не до драк?
Потому что нынче в драке
Пострадали Забияки.
Жадина, Храбрец, Добряк
Победили Забияк.
Вот так так!
Вот так так!
Победили Забияк.
А сейчас лихие Злюки
Крепко взяли клюшки в руки,
Ходят эдак, ходят так,
Караулят Забияк.
Вот так так!
Вот так так!
Караулят Забияк.

Забиякам совсем не нравилась песенка Злюк. Но трудились они старательно. Счищали снежные кляксы и заделывали снегом выбоинки. Но скоро стали ворчать:
– Ишь, Безротище, хитрый какой, сбежал! А мы тут за него отдувайся! Небось, сам больше всех снежков набросал! Ну, мы ему дома покажем!
Но показать Безротищу они ничего не сумели. Он и вправду сбежал домой. И трусливо пробирался по самой тёмной стороне площади. Он не знал, что площадь там обрывалась стенкой над тротуаром. В темноте он этого не заметил и свалился вниз. И превратился в большую кучу снега посреди тротуара. Утром снегоуборочная машина сгребла её в свой огромный хобот. У трусов всегда бывает бесславный конец. Но Забияки, конечно, ничего об этом не знали и не узнали. А жаль.

Домой хочется!

Снегурочка с Дедом Морозом рассказали снеговикам много зимних сказок. И про снеговиков, и про Снегурочек, и про Деда Мороза. Ведь это были самые любимые сказки и слушателей и рассказчиков.
А потом на площади погасли огни. Было уже три часа ночи. Так сказала Снегурочка. А она знала точно – прямо перед ней на другой стороне площади светились главные городские часы.
Стало темно. Но вот из-за большого чёрного дома вышла круглая белая Луна – не могла же она оставить своих любимых снеговиков в темноте. Луна осветила площадь. Но каким все вокруг стало незнакомым, чужим и даже страшноватым. Особенно Ледяной дворец, который возвышался таинственной громадой. Снеговики не успели его осмотреть, а сейчас было уже поздно. Свет во дворце не горел, а в темноте ничего и не увидишь. Но снеговики не жалели об этом. Ведь они не только много интересного увидели, но ещё и сами в чём-то поучаствовали. А это куда интересней, чем просто смотреть.
– Ох, как я хочу домой! – вздохнула Хнычка.
На этот раз никто не стал над ней подшучивать. Все снеговики уже соскучились по своему тихому двору с большой берёзой и старой яблоней, уютной беседкой, небольшим катком и маленькой горкой. И они стали прощаться.
– Мы так рады, что вы приходили к нам в гости, – сказали Дед Мороз и Снегурочка. – Ведь завтра уже будет праздник закрытия. А послезавтра нас уберут с площади.
И они пожелали снеговикам пушистого снега, доброго морозца и долгой зимы. И снеговики пошли домой. Забияки плелись сзади. Злюки шли вместе с ними и уже о чем-то вполне мирно беседовали.
– Ох, – вздохнул Ложконосик, – что-то мне это не нравится!– И мне тоже, – согласился Добряк. Потом Забияки как-то тихонько ушли в свои дворы.
Снеговики так были заняты разговорами о вечере, что и не обратили внимания на белую машину с синей полосой. Она медленно ехала рядом с ними поулице. Недалеко от опасного перекрёстка она остановилась, из неё вышел полицейский и прошёл вперед.
И когда снеговики подошли к перекрёстку, то посредине его увидели полицейского с полосатой палочкой. Ею он показывал дорогу. И все машины почтительно стояли и ждали, когда снеговики перейдут улицу.
Впереди цепочки снеговиков шагал Храбрец, а замыкал её Ложконосик. Когда он проходил мимо полицейского, то сразу же его узнал. Ведь это был Танин папа! Он весело улыбнулся снеговику и не опускал палочку до тех пор, пока тот не ступил на тротуар.

(Продолжение следует)

 

Просмотров: 332

Еще нет ни одного комментария. Вы можете добавить его первым!